~~Интервью Валерия Леонтьева радио «Мурманск».1994г
Wednesday, January 19, 2005, 03:37 AM
Интервью Валерия Леонтьева радио «Мурманск».1994г
- Добрый вечер, уважаемые радиослушатели. Сегодня в нашей программе
встреча с Валерием Леонтьевым, а потому мы приглашаем к
радиоприемникам всех его поклонников. Судя по концертам, в том числе и
в Мурманске, их у него очень много. Сейчас в исполнении Валерия
Леонтьева Вы услышите песню «Полнолуние», давшую название,
пожалуй, самой грандиозной его работе, с которой он выступил у нас
– шоу «Полнолуние».
Песня «Полнолуние»
- А почему это шоу получило название «Полнолуние» и какое
значение Валерий Леонтьев вкладывает в понятие
«полнолуние» – послушайте.
В.Л.: - Полнолуние, мне кажется, имеет несколько более широкий смысл,
чем просто фаза луны. Мне кажется, что полнолуние – это какой-то
энергетический приток, это пик каких-то человеческих ощущений, это пик
творческих сил, возможностей. Это романтика, это мистика. Это
возможность в такой фантастической атмосфере заставить людей забыть о
ценах на колбасу хотя бы на те два часа, пока они находятся на этом
спектакле, то есть атмосфера романтики, окрашенная может быть
какими-то мистическими настроениями. Мне кажется, что сегодня это
интересно мне и, как показал опыт, это интересно и публике, которая
приходит с улицы со своими бедами, со своими проблемами и трудностями,
и их ожидает нечто отличное от их обыденной жизни.
- Алексея Гарнизова Вы знаете давно, ведь Вы говорили, что практически
все песни к этому шоу написал он.
В.Л.: - Ну, я знаю его несколько лет. Он работал тридцать минут в моих
программах со своими песнями. И однажды в Кемерово я его попросил
что-нибудь мне написать. И он ночью написал песню «Ночь»,
которая тоже вошла в эту программу. И в последствии, вот, мы сели
основательно за этот проект и сумели его осуществить.
Песня «Ночь»
- Думается, что осуществить такую грандиозную постановку как шоу
«Полнолуние» было совсем не просто.
В.Л.: - Очень трудно и с творческих позиций и с экономических
невероятные трудности, потому что на протяжении последних лет у нас
публика довольно часто слышит это слово – шоу, шоу – а что
это такое, в общем, толком никто не знает, поскольку весь предыдущий
опыт указывает на то, что если на сцене стоят три фонарика и подвешаны
два шарика – вот это уже называется шоу. Вот.
Мне захотелось сделать то, что действительно можно было бы назвать шоу
по европейским стандартам, по мировым. И поэтому нашлись люди,
единомышленники, которые вложили в это большие деньги. Триста
пятьдесят миллионов. Мы сделали свою сцену, начиная от пола,
заканчивая потолком. Шесть сменных декораций, механических, которые
менялись на глазах у зрителей.
Это то, что касается механики, финансов… «Орловский
дом». Московская фирма такая, а музыку написал в основном,
тринадцать песен для этого шоу, Алексей Гарнизов. Он же был
режиссером-постановщиком. Я первый раз, так сказать, отдался на откуп
кому-то. Пусть кто-то делает, потому что мне стало просто любопытно,
как это может сделать кто-то, а не я сам. Это огромное количество
костюмов, около семидесяти. Это балет «Тодес», который
является полноправным участником всего происходящего на сцене, потому
что у меня была задача, чтобы не крутился коллектив танцевальный
где-то сзади на так называемых подтанцовках, чтобы это был, ну, во
многом балетный спектакль, с хореографией. И чтобы я тоже участвовал в
этой хореографии, что я в каких-то вещах танцую синхронно с балетом.
Посидел несколько месяцев в классе в балетном и попотел перед
зеркалом, но сейчас мы сталкиваемся с огромными трудностями,
связанными с прокатом этого шоу, потому что когда мы отправляемся на
гастроли – это целый поезд, так называемый поезд
«Полнолуние». Это шесть двадцатитонных траллеров, которые
везут декорации, звук и свет и, конечно, далеко не каждый город и не
каждая сценическая площадка в состоянии принимать такой спектакль. И
поэтому наш гастрольный опыт именно с «Полнолунием»
ограничивается пока что тремя городами: Москвой, Ленинградом и Киевом.
Песня «Мона Лиза»
- Валерий, но для того, чтобы создать такое шоу, кроме финансовых
возможностей, очевидно, нужно было иметь что-то еще? Когда Вы ощутили
в себе потребность и возможность, реально творческую возможность
сделать такую программу?
В.Л.: - Ну, потребность… Это я стал ощущать… В общем, я
всегда тяготел к постановкам в своих программах. Меня никогда не
устраивала ситуация, когда просто певец выходит с очередным набором
новых и старых песен, вот. И все это показывает зрителю. Мне всегда
хотелось, чтобы это было какое-то ощущение праздничности, необычности,
чтобы это был театр. И я всегда это делал. Но как раз упиралось все
всегда в экономические трудности. Для того чтобы обставить красиво,
пышно все это – нужно было много денег. После оперы
«Джордано», музыкального спектакля «Джордано»,
я долгое время не хотел связываться с такими большими постановками, с
такими трудностями, но тем не менее, желание такое было всегда, потому
что музыкальный спектакль «Джордано» – он был очень
тяжелым, тонально тяжелым, и по теме тоже тяжелым и утомительным
спектаклем, потому что это было тяжело, это была серьезная тема, это
была трагедия. После этого я вообще не хотел ничего делать пару лет, а
потом захотелось сделать красивое, пышное шоу, которое напоминало бы
открытое шампанское. Ну, и когда появились такие возможности, и когда
появился репертуар, когда появились единомышленники – тогда все
это и стало реальным.
- Валерий, в Ваших интервью Вы говорили о том, что когда Вы давали
первые спектакли-шоу, Вы еще не вышли на тот уровень, который хотели
бы. Как Вы считаете, вот сегодняшние спектакли?
В.Л.: - Ну, сегодняшние спектакли, кроме репертуара, имеют мало чего
общего с «Полнолунием» таковым, потому что здесь я просто
пою песни из этого спектакля. Здесь, в Мурманске, на этой сцене
нереально все это устроить. Что касается первых наших концертов, то
они вообще происходили в драматической обстановке. Это было во время
событий у Белого дома во время комендантского часа. Нас обязывали в 9
часов закрывать занавес и разъезжаться по домам. И вот в этой
обстановке войны, военного положения все это и происходило. Ну, в
последствии мы все это обкатали, стали себя чувствовать лучше и
наступил такой момент, когда мы стали… Знаете, наступает время в
работе с любым материалом, когда все начинаешь делать в свое
удовольствие, играть с этим. Сначала я добросовестно исполнял
заученное, а потом уже почувствовал свободу и раскрепощенность и стал
получать удовольствие оттого, что происходит.
Песня «Мадлен»
- Вы много лет работаете на эстраде, и Вы много лет популярны. И в
понятии сегодняшнего дня как Вы воспринимаете самого себя в начале
творческого пути?
В.Л.: - Я думаю, что это было время, когда многое нужно было
узнавать, очень многому учиться, с азов, с нуля познавать законы
жанра, познавать какие-то деловые законы взаимоотношений в этом мире.
Это было время узнавания; время всевозможного удивления; время
стрессов значительных; время разочарований, больших обид; время
непонимания… Но очевидно так все и должно было случится, потому
что, то, что я делал, – это было достаточно непривычно, ново,
воспринималось в штыки не только людьми официальными, чиновниками
искусства, но и зрителями, публикой, которые были воспитаны на
традиционном способе подачи песенного материала. Это было интересное
время. Мне интересно его вспоминать. Хотя я человек незлопамятный и
практически сегодня не помню имен своих обидчиков и недоброжелателей.
Я очень благодарен этому времени и этому зрителю, потому что именно
они сделали меня, они помогли мне стать собой. Я с маниакальным
упорством делал то, что я делал. Меня закрывали, запрещали, вырезали.
Убирали, а я продолжал работать, как маньяк. Я вспоминаю часто,
однажды в очередной раз, в двухсотый, Саша Масляков встретил меня в
каком-то из коридоров «Останкино» и говорит: «Что ты
здесь опять делаешь?». Я говорю: «Снимаюсь с маниакальным
упорством».
- И все-таки, когда Вы сами ощутили себя уже, ну, понятым, признанным?
Был же такой какой-то момент, когда Вы почувствовали себя увереннее?
В.Л.: - Да, конечно. Но я и сегодня далек от уверенности. Я вообще
человек очень сомневающийся и я далек от уверенности, что-то, что я
делаю, это хорошо, это правильно, именно так и надо. Я во всех, в
общем-то, своих шагах руководствуюсь какими-то интуитивными ощущениями
– так надо делать, а не иначе, а хотя через 15 минут очень
сомневаюсь в том, что я сделал. Я думаю, что эта черта в общем-то всех
творческих людей, всех истинных художников сомневаться в том, что ты
делаешь, сомневаться не только в том, что касается профессии, сцены,
но я очень сомневающийся человек в отношении любого своего поступка.
Песня «Воздуха глоток»
- Скажите, пожалуйста, Ваша жизнь, естественно, как у каждого
творческого человека, тем более музыканта, связана с гастролями. Как
Вы себя чувствуете в поездках и, это естественно, смене всего: и
климата, и обстановки, и Ваших декораций и т.д.?
В.Л.: - Я перестал это замечать. И в общем везде гостиничные номера
более или менее похожи один на другой. Это моя естественная среда
обитания. Просто сейчас мне хочется больше находиться дома, потому что
у меня, наконец-то, появился этот дом, где мне хорошо, уютно и
комфортно. Ну, и если есть такая возможность, я стараюсь быть там.
Вот. Но, тем не менее, дорога, гостиница, концертная площадка занимает
основное время в моей жизни. Я очень быстро адаптируюсь к этой
гримерной, к следующей гримерной; к этой сцене, к другой сцене.
Разочаровывает только если сцена плохая, зал неуютный или плохой свет,
плохой звук и т.д. Но с этим приходится мириться.
- Ваша жизнь со стороны кажется сумасшедшей, в том смысле, что это
– гастроли, поездки, концерты, поклонники, встречи бесконечные.
И, тем не менее, Ваша жизнь ограничивается только музыкой или что-то
Вас еще интересует?
В.Л.: - Я люблю кино. Если у меня есть такая возможность, я до
упомрочения гоняю видик, смотрю новости, что нового в кино, последние
фильмы и старые фильмы люблю. Вожу с собой много книг, читаю. С
собакой хулиганю… Гуляю. Вот, собственно и все, что занимает мое
незначительное свободное время. Да, все остальное съедает работа. Если
нет концертов, значит нужно… То ли съемка, то ли какие-то
деловые встречи, то ли очередная порция записи надвигается и т.д.
- Скажите, пожалуйста, Вы начинаете с начала творческого пути от
концертов, которые, наверное, можно было бы назвать
концертами-песнями, шли к концертам-спектаклям, вплоть до создания
музыкального спектакля, и теперь уже шоу. А какая идея у Вас витает?
В.Л.: - Я не знаю, что может появится завтра или послезавтра, но у
меня был небольшой опыт работы в кино. Два года назад я снялся в
фильме «Экстрасенс». Это не музыкальный фильм, он не имел
ничего общего с теми сценариями, которые до сих пор мне присылают, в
которых все складывается по одному и тому же клише: это неизвестный
певец из провинции, преодолевая массу трудностей, стоящих на его
жизненном пути, делает карьеру и становится очень известным и в финале
все женятся, и все счастливы. Но этот фильм фантастический,
мистический, на тему о нераскрытых, неиспользованных возможностях
человеческого организма. Его судьба была несчастливой, он до сих пор
не вышел в прокат, но, по крайней мере, пошла продажа видеокассет. Я
уже купил. Мне очень хочется сделать что-то в кино, если не
фундаментальное, то хотя бы интересное, яркое. Сейчас читаю три
сценария, не знаю, выгорит что-то из этого или нет…
- Планы планами. Дай Бог, чтобы они осуществились, а пока Валерий
Леонтьев продолжает петь песню, которую он поет всю жизнь, в том числе
и в шоу «Полнолуние» – о человеке и его любви.
Мурманск 1994г
