~~РАЗНОЦВЕТНАЯ ЯРМАРКА ЖИЗНИ 1999г
Wednesday, January 19, 2005, 04:12 AM
Валерия ЛЕОНТЬЕВА очень любят женщины. Мужчины относятся к
нему несколько настороженно – чувствуют соперника. Казанове
нашей эстрады в марте исполняется 50.
Давным-давно на советском монопроигрывателе крутилась,
потрескивая в динамиках, мяг-кая голубая грампластинка. На ней веселый
голос пел о разноцветных ярмарках, деревянный качелях, расписных
каруселях, - и в будничной серой жизни на миг возникала праздничная
суета. На патефон сыпались иголки, и по дому бродил новогодний дух.
С тех пор прошло больше двадцати лет, для меня, например,
вся жизнь, исчезли проигрыва-тель и голубые пластинки. А голос певца
любят и те, кто слушал самые первые записи, и те, кто только покупает
свой самый первый диск.
В перерыве между выступлениями Валерий Леонтьев сидит с
сигаретой в руке напротив меня. У него чуть усталый и довольный вид
артиста, которого только что долго не отпускал и проводил бурными
овациями битком набитый зал. Он медленно курит и говорит очень
медленно, взвешивая каждое слово, как человек, который старается,
чтобы его правильно поняли.
- Кризис больно ударил по всем «звездам». Вы
пытаетесь бороться с его последствиями?
- Бороться с кризисом при моей профессии у меня нет никакой
возможности. Единственное, что мы могли сделать, - это не поднимать
цены на билеты, достаточно того, что взлетели цены на продукты. Мы
работаем себе в ущерб, но зато с аншлагами.
- А жить, простите, на что?
- Пока живем. Станет лучше зрителям – будет лучше и
нам.
- Что вы думаете о тех людях, которые рвут из рук друг у
друга билеты на ваши концерты?
- Существует такое выражение «публика - дура».
Давным-давно, в самом начале рабо-ты на эстраде, я его переиначил и
запомнил раз и навсегда, что публика – не дура. Я уважаю свою
публику, хотя и не подстраиваюсь под нее. Просматриваю письма, которые
мне приходят со всех городов страны. Там, среди стандартных обращений
и просьб, попадаются очень интересные и подробные анализы моего
творчества, которые я всегда с большим интересом читаю
- Эти письма оказывают какое-то влияние, когда вы
записываете очередную песню?
- Главное – быть в согласии с самим собой и со
зрителем. В идеале для меня хорош тот номер, который я делаю с
удовольствием, и при этом он нравится публике. Правда, так бы-вает не
всегда - иногда возникает некое несовпадение. Очень давно я взял в
репертуар песню «Исчезли солнечные дни, и птицы улетели»
без особых ожиданий и радости, а она до сих пор пользуется успехом.
- Каким образом вам удается быть современным для
тинейджеров и оставаться при это ку-миром для взрослых?
- Я внимательно слежу за изменениями, которые происходят в
мире музыки, новыми звуками, которые меняются каждые шесть месяцев, -
за так называемыми "библиотеками звуков". Слежу за манерой пения
других исполнителей. И пою так, как надо петь сегодня. У меня на
дисках есть все нынешние стили и направления, даже рэп. С течением
времени, с приходом тех новшеств, которые возникают в музыке, меняется
и мировоззрение…
- Леонтьев на сцене сильно отличается от Леонтьева в жизни?
- Разумеется, хотя про меня неправильно говорить «два
разных человека» – просто это два проявления одной и той
же личности. Одно из них – проявление в профессиональной среде,
другое – вне ее пределов. В жизни я достаточно спокойный и
скучный человек, а на сцене артист должен быть ярким.
- Значит, когда вы, скажем, за праздничным столом на дне
рождения хорошего друга, - вы скучаете?
- Ну, нет, именинника надо поздравить, надо поддержать
компанию, создать ощущение праздника, чтобы всем было хорошо и весело,
и я это делаю. Обыденная обстановка – это дом, дорога, вокзалы,
салоны самолетов, вагонные купе…
- Кстати, о дороге. Журналисты упорно муссируют слухи о
ваших частых визитах в Амери-ку. Говорят, вам нравится там жить,
бродить по улицам, где вас никто не знает и не просит авто-графа,
чувствовать себя обыкновенным человеком?
- Это не совсем так. Мне и правда приятно пообедать в
каком-нибудь ресторанчике в городе на берегу океана, но, во-первых, в
Штатах живет моя жена, а во-вторых, и в главных, я езжу в эту страну
на гастроли. Там меня ждет публика, перед которой мне очень приятно
выступать хотя бы потому, что эти люди навсегда покинули Россию и
очень скучают по ней.
- Вы готовите для них какую-то особую программу.
- Нет, они помнят те песни, которые я пел, когда они еще
жили здесь. Они их любят, и поэтому не только я, но и многие другие
русские артисты гораздо дороже нашей эмиграции, чем, например, Майкл
Джексон.
- У вас есть фанаты?
- У меня есть поклонники. Это люди, которые постоянно ездят
за мной на концерты, всегда отмечают мой день рождения, люди, которые
много лет держатся вместе благодаря этому интересу…
- О чем обычно вы думаете в свой день рождения?
- К сожалению, между тостами и поздравлениями очень мало, о
чем можно подумать. В последнее время эти дни стали очень шумными
– на прошлом было 120 человек.
- Чем вы любите заниматься, независимо от того, что
происходит вокруг?
- В любой ситуации люблю курить. Видите, даже интервью даю
с сигаретой.
- А еда входит в ваш список радостей жизни?
- Нет, к еде я абсолютно равнодушен. Ем исключительно для
того, чтобы, как говорят, поддерживать на оптимальном уровне жизненные
процессы. А люблю я книги, кино…
- Какие книги? Какое кино?
- У меня очень пестрый вкус. В самолете или поезде читаю
детективы. Дома - Маркеса. И Кастанеду – в последнее время я им
очень сильно увлекаюсь. А кино люблю разное, лишь бы оно было хорошо
сделано. С удовольствием смотрю все: от комедий до трагедий. Только не
люблю кино для дураков – когда после вступительных титров
становится ясно, чем все окончится. Часто мне нравится представлять
себе, что происходит за кадром: работу опера-тора, режиссера,
пиротехников, каскадеров, то есть то, как делается кино. Хотя бывают
фильмы, где я слежу только за тем, что происходит на экране. В
«Английском пациенте», например, я не думал о том, что
там, за кадром, я смотрел только на актеров.
- А как вы отдыхаете, когда оказываетесь вдали от
объективов фото- и телекамер, вдали от эстрады?
- В те редкие минуты, когда я остаюсь один, я безмятежно и
самым бессовестным обра-зом предаюсь ничегонеделанию. Я просто лежу,
раскинув руки, и смотрю в потолок.
- С наступающим праздником!
Комментарий: К творчеству Валерия Яковлевича у меня очень
личное отношение. Пассаж про пластинку с разноцветными ярмарками -
полностью правда и эта песня очень напоминает мне о детстве. Так
получилось, что это интервью сыграло в моей жизни большую, хотя и
неожиданную роль. Помнится, приехала я брать интервью после бессонной
ночи монтажа (тогда у меня еще бы-ла идея-фикс сделать собственную
программу на телевидении) и забыла половину вопросов. Впо-следствии
выяснилось, что на середине рассказа Леонтьева у меня отрубился
диктофон, и все пришлось писать по памяти. А потом редактор долго учил
меня жизни и рассказывал, как надо писать интервью. Тогда я мысленно
материлась в четвертый раз переписывая материал. Впослед-ствии его
краткие советы мне очень помогли, так что я даже полюбила интервью. Но
расшифро-вывать исходники ненавижу до сих пор.
Журнал «Обыватель», январь-февраль 1999
