~~Валерий Леонтьев в поисках себя
Thursday, January 20, 2005, 05:41 AM
Вот уже более полугода продолжается «Музыкальный марафон» нашей газеты. До под-ведения итогов осталось два месяца, но уже и сейчас с полной уверенностью можно ска-зать, что среди солистов бесспорный лидер – Валерий Леонтьев.
Казалось бы, имя певца в представление не нуждается, и тем не менее, встретившись с Валерием Леонтьевым, чтобы взять интервью для «В.М.», я понял, что настоящее от-крытие этого большого артиста зрителям ещё только предстоит. Имидж певца, много-кратно клишированный телевидением, нуждается в серьёзных уточнениях. Как всякий истинный художник, В. Леонтьев совершенствуется и изменяется на своём творческом пути. К сожалению, пресса и телевидение не всегда поспевают за этими изменениями
Хотелось бы, чтобы пишущие об эстраде, – говорит Валерий Яковлевич, – не довольство-вались лишь констатацией: хорошо двигается, хорошо поёт, или напротив – неважно спел, а искали бы пути к более глубокому пониманию творческой манеры певца. Я, например, уже 16 лет на профессиональной эстраде и вроде бы вниманием критики не обижен. Но почему-то журналистов чаще донимают вопросы: почему я одет так, а не иначе; почему у меня такая при-чёска? Когда на первый план выходит обывательское любопытство, тут уже не до разговоров о творчестве. Какие-то журналисты напоминают мне ту часть публики, которая готова часами торчать в подъездах, которую занимают любые подробности жизни артиста, а его песни в по-следнюю очередь. Это та изнанка популярности, про которую замечательно сказала великая Фаина Раневская: «Популярность – это, когда я моюсь в бане, а туда пришла экскурсия».
— Вас утомила известность?
— То, о чём я говорил – всего лишь издержки популярности. О признание мечтает каждый артист. Мне же она далась очень трудно. В своё время я был как будто заколдован: снимусь в передаче – вырежут; дам интервью – слетит с полосы; пригласят в зарубежное турне – в аэро-порту откажут в визе. Чем не устраивал – не объясняли.
Сегодня другое время. Заслоны открыты, люди выходят на сцену, даже дворовым рок-группам – зелёная улица. За три вечера трансляции из Юрмалы молодые певцы становятся по-пулярными на всю страну. Я шесть лет шёл к тому, чтобы показаться в этом проклятом ящике! Девять десятых того, что было сделано, ушло в корзину. И только одна десятая дошла до зри-теля, и мне кажется, нелучшая часть.
— У вас сильный характер?
— Скорее терпеливый и упорный.
— В этом, наверное, и есть секрет успеха?
— Успех состоит из тысячи компонентов, которые могут в один миг соединиться и дать вспыхнуть звезде удачи, но гарантии, что это произойдёт, нет. Трудно идти к своей вершине, но и удержаться на ней ещё труднее. Готовых рецептов я не знаю. Но по себе могу сказать, что у меня нет в жизни ничего, чтобы не шло на пользу моей профессии. Всё подчинено ей. Бывает, что я от этого страдаю, но такова моя судьба. Я сам её выбрал.
— Мне кажется, что последние ваши слова – ключ к пониманию созданного вами Джордано Бруно.
— Думаю, что история верного убеждениям, ради них взошедшего на костёр, к тому же рас-сказанная в современных эстрадных ритмах, нужна сегодня. Работа над оперой Лоры Квинт шла на одном дыхании. Собрался коллектив единомышленников. Люди работали на энтузиаз-ме, решали творческие задачи – репетиций нам никто не оплачивал. Я очень благодарен всем, кто принял участие в работе над «Джордано».
Для меня это этапная работа. Мне всегда хотелось прожить чью-то жизнь целиком, т. е. сыг-рать спектакль.
То, что Валерий Яковлевич Леонтьев кроме замечательного голоса обладает даром драматического актёра, ясно каждому, кто хотя бы раз побывал на его концерте. Вспом-ните последний хит певца «Забинтованные лбы». Какие выразительные глаза, какие «го-ворящие» руки!
— А не было ли у вас желания попробовать силы в драматическом искусстве?
— Было такое желание и, казалось, была возможность. Режиссёр Геннадий Глаголев предла-гал мне главную роль в фильме. Не буду пересказывать сюжет, скажу только, что в центре его отлично написанный образ человека, внезапно осознавшего безнравственность своей жизни. Были кинопробы. Худсовет меня утвердил, руководство студии поздравляло с успехом, был назначен первый съёмочный день… Но стоило раздаться звонку из Госткино – и всё кончилось. Шёл 1983 год. Но и тогда, как, впрочем, и всегда есть люди, не идущие на компромиссы. Узнав, что я снят с роли, Геннадий Глаголев отказался от постановки.
— В вашем творчестве раньше можно было отметить определённую цикличность: Тухмановский цикл, цикл Паулса. А сегодня?
— Я не стремлюсь быть приверженцем одного репертуара, одного композитора или поэта. Сегодня я с удовольствием работаю с молодыми авторами – Олегом Газмановым, Игорем Тальковым, Игорем Демариным и Сергеем Крыловым. Приходят ко мне и пока никому не из-вестные авторы. Среди них есть многообещающие ребята. Мне нравится поколение, которое сейчас только выходит на эстраду. Оно не боится прикасаться к острым социальным конфлик-там, ставить вопросы на злобу дня и находить неординарные ответы. Они внутренне раскрепо-щены, свободны не только от внешних редакторов, но самое главное, от внутренних. Поэтому и тематика их творчества самая разнообразная. Я разделяю такую позицию. Песня должна бо-роться с тем, что нам мешает.
— Но ведь певец не газета!
— Петь о цветочках и птичках в то время, когда мир раздирают социальные противоречия, войны, болезни, конфликты, не по мне. Конечно, есть и вечные темы: Любовь, Родина, Счастье. В них основа нашего мироощущения. Но есть и сегодняшний день. Сказать и петь о нём долж-ны мы, живущие сегодня, а не те, кто будут после нас
В. Вахрамов. «Вечерняя Москва»
1988г.
